Глубоко под землёй царила почти монастырская тишина. Лишь редкое потрескивание кристаллов под сводом да отдалённое эхо шагов напоминали, что место не было совсем мёртвым. Зелёное свечение ложилось на древние стены мягкими полосами, подчёркивая резьбу, давно стёртую временем.
Позади послышались приближающиеся шаги. Тэран Седрекс первым вышел из коридора, недовольно стряхивая пыль с рукава.
— Если ваши священные маршруты всегда начинаются с засад, хищников и древних дроидов, начинаю понимать, почему кандидатов у вас немного.
Рядом с ним спокойно шёл Гаден-Ко. После пережитого в пещере он выглядел собраннее, будто сама близость этого места вернула ему внутреннее равновесие. Войдя в центральный зал, он почти не взглянул ни на Диармайда, ни на остальных, а сразу направился вперёд — к лежащему на возвышении разломленному камню.
Это были обломки древнего артефакта: массивная плита с узорами, расколотая надвое, словно когда-то её разбили намеренно или в ярости. От неё всё ещё исходило слабое, едва ощутимое присутствие Силы.
Гаден-Ко опустился рядом на одно колено и провёл ладонью по неровному краю трещины.
— Вот оно.
Он поднял взгляд на Диармайда и Надию, и в голосе его впервые прозвучало настоящее почтение.
— Сердце указателя Лиши-На...
Надиа Грелл шагнула ближе, вглядываясь в древний камень.
— Оно... словно сломано, но всё ещё живое.
Феликс Ирессо осматривал проходы, не теряя бдительности.
— Надеюсь, это хорошая новость.
Кайзен Фесс ткнул посохом в сторону обломков.
— Если сердце сломано, путь тоже сломан?
Гаден-Ко не отвёл руки от камня.
— Нет. Путь ждёт, чтобы его услышали. Даже расколотый указатель может говорить с тем, кто готов слушать.

Диармайд приблизился к расколотой плите и опустился рядом, позволяя ощущениям вести себя глубже, чем взгляд. Чем дольше он вслушивался в течение Силы, тем яснее становилось: источник не ограничивался одним камнем. Энергия расходилась по полу, колоннам, лестницам, сводам — как кровь по жилам живого организма.
Гаден-Ко резко повернул голову к нему, будто уловил ту же мысль.
— Чужеземец прав. Это — камень фундамента. Всё здание — указатель.
Он поднялся на ноги и медленно обвёл помещение рукой, указывая на стены, арки, высеченные знаки, переходы между залами.
— Руины были возведены Лиши-На и... семьёй. Это символ. Мистиков поддерживают все...
Голос его вдруг оборвался. Он нахмурился и замер, всматриваясь в дальнюю тень между колоннами.
— Что-то не так...
Следующее произошло за одно мгновение. Из темноты сзади метнулась высокая фигура в тёмных одеждах. Быстрый, выверенный выпад — и узкий кинжал вонзился Гаден-Ко в спину. Восс успел инстинктивно дёрнуться в последний миг, из-за чего удар ушёл в сторону и не достиг сердца или позвоночника.
Он рухнул на колени, затем повалился набок, хватая ртом воздух. Лицо исказилось не столько от боли, сколько от мгновенно расходящегося по телу жжения.
Нападавший спокойно выдернул оружие и отбросил его в сторону. Лезвие со звоном ударилось о камень. Перед группой стоял мужчина с жёсткими чертами лица и глазами, в которых горела холодная ненависть. В нём ощущалась тяжёлая, давящая тьма. Одетый в Ситское одеяние мужчина презрительно посмотрел на корчащегося Гаден-Ко.
— Мелкий глупец! Ещё бы сантиметр — и я бы нанёс идеальный удар.
Он перевёл взгляд на Диармайда, узнав его почти сразу.
— Ну ничего... Эта царапина всё равно будет смертельной рано или поздно!
Надиа Грелл уже вскинула меч, тот вспыхнул зелёным светом. Феликс Ирессо и Зенит одновременно взяли ситха на прицел. А у ног Диармайда Гаден-Ко стиснул зубы, пытаясь удержаться в сознании, пока яд начинал свою работу.

Тёмный воин не спешил атаковать вновь. Он стоял спокойно, почти расслабленно, будто уже сделал главное и теперь позволял себе насладиться последствиями. Отблески зелёных кристаллов скользили по его тёмной броне, придавая лицу ещё более мертвенную резкость.
Услышав вопрос Диармайда, незнакомец усмехнулся одним уголком рта.
— Называй меня Владыка Шендан.
Он произнёс титул с холодной уверенностью человека, привыкшего, что одно имя уже должно внушать страх.
— И я знаю, кто ты.
Взгляд ситха скользнул по Барсен’тору, затем задержался на лежащем позади Гаден-Ко, возле которого Тэран Седрекс уже работал со сканером, а Холидей выводила показатели на голографический интерфейс.
— До меня дошли слухи с Восс-Ка о глупом джедае, который решил провести юного Мистика за город.
Шендан сделал несколько неспешных шагов в сторону, вынуждая стрелков перераспределять сектор обстрела.
— Но когда они услышат, что малявка умер под твоим присмотром... воссы иначе будут относиться к Республике.
Позади Диармайда раздался напряжённый голос Холидей:
— О, мне совсем не нравится этот токсин. Он не обычный. Распространяется быстро.
Феликс Ирессо крепче сжал винтовку.
— Прикажете стрелять?
Зенит уже сместился к колонне, беря ситха под боковой угол.
— Только скажи слово.
Шендан же развёл руками, словно предлагая Диармайду самому выбрать, что важнее: дуэль или жизнь раненого.
— Ну что, Барсен’тор? Будешь сражаться... или смотреть, как он умирает?

Шендан запрокинул голову и коротко рассмеялся — без радости, с тем сухим презрением, которым тёмные адепты нередко прикрывали собственную одержимость.
— Уже поздно, Барсен’тор. Этот мальчишка уже обречён.
Он указал подбородком на отброшенный кинжал, всё ещё лежавший у плиты.
— Яд на лезвии этого кинжала — экзотическая республиканская смесь. Любое следствие это докажет.
Ситх говорил спокойно, словно зачитывал заранее подготовленный приговор.
— Каждая его капля летальна. Судьба Восс — присоединиться к Империи, и именно ты обеспечишь это.
Его глаза сузились.
— Когда будешь умирать, тебе будет о чём подумать.
В этот миг две тени по бокам окончательно вышли из укрытия. Молодые ситхи одновременно активировали оружие — два алых клинка вспыхнули в полумраке руин, окрасив камень кровавыми отблесками.
— Контакт справа и слева! — резко бросил Феликс Ирессо, вскидывая винтовку.
Красные болты сорвались навстречу атакующим. Один из ситхов отбил выстрел клинком, второй ушёл в сторону стремительным перекатом и рванул дальше.
Зенит уже сменил позицию и открыл огонь короткими, точными очередями, стараясь сбить им темп.
— Беру левого!
Надиа Грелл без колебаний шагнула вперёд рядом с Диармайдом. Её двухклинковый меч вспыхнул зелёным кругом и занял защитную стойку.
— Учитель?
У дальней стены Кайзен Фесс с рычанием сорвался с места, перехватывая вибропосох двумя руками.
— Наконец достойная охота!
Позади всех Тэран Седрекс даже не поднял головы от раненого.
— Пока вы все героически умираете, напоминаю: пациент всё ещё отравлен.
Холидей мигнула над сканером.
— И очень быстро.
Шендан же остался позади своих учеников, неторопливо активируя собственный алый клинок. Он явно рассчитывал, что у Диармайда не хватит ни времени, ни людей на всё сразу.

Силовой Отпор ударил по залу, как невидимый взрыв. Каменная пыль сорвалась со стен, кристаллы под сводом задрожали, а все трое ситхов разлетелись в стороны. Один из младших тёмных адептов рухнул прямо под удар Кайзен Фесс — трандошанец без колебаний опустил вибропосох сверху вниз, выбивая из противника оружие и сознание вместе с ним.
Второй попытался подняться, но навстречу ему уже шла Надиа Грелл. Её двухклинковый меч вращался ещё неровно, без полного мастерства, но с достаточной скоростью и решимостью. Несколько обменов ударами — и ситх, не ожидавший такого напора от новичка, пропустил подсечку. Следующий удар рукоятью в висок отправил его на пол.
Она тяжело выдохнула, удерживая стойку, и только потом осознала, что бой для неё уже выигран.
— Учитель!
Тем временем Диармайд настиг Шендана у каменной кладки. Тот едва успел увернуться: зелёный клинок срезал край наплечника и высек искры из пола там, где мгновение назад была его грудь. Световой меч ситха вылетел из руки и с глухим звоном покатился по плитам.
Шендан перекатился на бок, с трудом поднимаясь на локоть. На лице его впервые мелькнуло не презрение, а горькое признание силы противника.
— Ты бился с честью... как для джедая.
Он кашлянул, но усмешка всё же вернулась.
— Но даже воссы не смогут спасти твою Республику...
Позади него уже поднимался алый меч, лежавший в стороне и тянувшийся к хозяину через Силу, но Зенит метким выстрелом отбросил рукоять дальше по залу.
— Сегодня не твой день.
У дальней стены Тэран Седрекс резко поднял голову от сканера.
— Диармайд! Если собираешься заканчивать философский спор — делай быстро. У нас минуты, не часы!
Гаден-Ко всё ещё бился в лихорадке на полу, яд стремительно распространялся по венам.

Шендан лежал, тяжело дыша. С каждой секундой в нём оставалось всё меньше прежней надменности и всё больше — простой человеческой слабости, которую он, вероятно, презирал всю жизнь.
Он посмотрел на Диармайда снизу вверх и криво усмехнулся побелевшими губами.
— Какой... наивный...
Голос его сорвался в кашель. Затем взгляд ситха дрогнул и ушёл куда-то мимо джедая — к сводам, к зелёному свечению кристаллов, к тишине древнего зала.
— Но... я ощущаю... покой...
Последнее слово вышло почти шёпотом. Тело Шендана обмякло, а лицо, ещё мгновение назад искажённое ненавистью, неожиданно разгладилось.
Позади уже кипела другая борьба.
Надиа Грелл стояла на коленях рядом с Гаден-Ко, сосредоточенно удерживая ладони над раной. Свет Силы струился неровно — местами ярче, местами слабее, выдавая недостаток опыта, но намерение было чистым и твёрдым. Яд не исчезал полностью, однако его продвижение заметно замедлилось.
На лбу девушки выступил пот.
— Я... держу его. Но не могу вытащить всё...
Тэран Седрекс быстро сверял показатели на сканере.
— Температура скачет. Сердечный ритм нестабилен. Ему становится хуже, просто медленнее.
Холидей вспыхнула над прибором.
— Если перевести с научного: нам срочно нужен кто-то получше.
С помощью Ирессо Гаден-Ко попытался подняться. Ноги дрожали, дыхание стало прерывистым. Он едва удержался в вертикальном положении и сразу схватился за ближайшую колонну.
— Моя рана...
Он сглотнул, стараясь сохранить достоинство даже сейчас.
— Мне холодно... И жарко... одновременно.
Феликс Ирессо придержал его за плечо.
— Не геройствуй. Сегодня с тебя уже достаточно паломничества.
Гаден-Ко с трудом поднял взгляд на Диармайда. За болью и лихорадкой в глазах читался один вопрос: что теперь?

Диармайд усилил поток Силы, соединяя своё воздействие с усилиями Надии. Светлая энергия мягкими волнами проходила сквозь тело Гаден-Ко, сдерживая яд, вытягивая часть боли, но не разрушая сам источник отравы. Это было похоже на попытку удержать руками треснувшую плотину.
Надиа Грелл с тревогой подняла взгляд на учителя. Голос её дрогнул сильнее, чем во время боя.
— Не умирай, Гаден-Ко! Диармайд, неужели ты не сможешь помочь ему?
Гаден-Ко с трудом вдохнул. Его губы пересохли, а взгляд становился мутнее с каждой секундой.
— Святыня... Отнеси меня в Святыню Исцеления...
Кайзен Фесс нахмурился, покосившись на мёртвого Шендана и поверженных ситхов.
— Безопасное место, Вестник. Особенно если рядом другие тёмные существа…
Тэран Седрекс быстро взглянул на показатели сканера и мрачно хмыкнул.
— У бедолаги, видимо, галлюцинации начались...
Феликс Ирессо опустился рядом на одно колено.
— Парень, тебе нужен лекарь, а не святыня…
У дальней арки Зенит продолжал следить за проходами, но всё же вмешался:
— Если это тот большой храм, то в принципе можем рвануть туда и перегруппироваться…
Гаден-Ко, едва удерживаясь в сознании, сжал пальцы на рукаве Диармайда. Голос его стал почти неслышным.
— Целители... святыни. Отнесите меня к ним...
Рука ослабла и соскользнула. Голова восса бессильно опустилась набок. Он ещё дышал, но дыхание становилось всё более поверхностным. Холидей впервые за долгое время говорила без привычной игривости:
— Если решаем бежать — решаем прямо сейчас. Времени у него почти не осталось.