Бой в тесном помещении бункера быстро начал склоняться в сторону Коалиции. Неожиданное появление Диармайда и его команды сломало темп пиратов — их строй рассыпался, а попытки удержать давление захлебнулись под точными ударами и ответным огнём.
Ирессо, воспользовавшись моментом, резко шагнул вперёд и мощным толчком ноги опрокинул одного из пиратов, переворачивая того со спины на живот. Тот ещё пытался подняться, но не успел — выстрел Зенита оборвал его движение.
Казалось, ещё мгновение — и всё будет закончено. Но ситуация изменилась иначе.
Сзади к Ирессо стремительно подскочил Рядовой Кри. Его движения были резкими, почти нервными, а в глазах читалась не просто усталость — паника, доведённая до предела. Он наставил бластер прямо в затылок лейтенанта.
— Они выследили нас, ЭлТи! — голос Кри дрожал, но в нём звучала решимость, опасная своей непредсказуемостью. — Действия разведчиков были скоординированы!
Ирессо замер. Медленно, очень медленно он начал разворачиваться, не делая резких движений, чтобы не спровоцировать выстрел.
— Кри… — начал он спокойно, но солдат уже не слушал.
— Капитан Вэлон жив, не так ли? Ты солгал нам!
В бункере стало тише, несмотря на продолжающийся бой — внимание части солдат невольно сместилось на происходящее. Даже Кайзен на мгновение замедлился, оценивая новую угрозу.
Кри перевёл взгляд на Диармайда, его рука с бластером чуть дрогнула, но не опустилась:
— Ты был в курсе этого, Джедай?
Вопрос повис в воздухе, тяжёлый и опасный. И теперь угроза исходила уже не от пиратов.

Кри будто не услышал слов о броне и разгадке — или не захотел услышать. Его дыхание стало прерывистым, а взгляд метался между Диармайдом и Ирессо, словно он уже принял решение и не собирался от него отступать.
— Уже поздно!
Он сильнее сжал бластер, и в его голосе прорвалось отчаяние, смешанное с гневом:
— Мы давно не могли понять, как тебе удалось ускользнуть от имперцев, ЭлТи. А теперь это! Мы... Мы не собираемся тут торчать и умирать!
Этого мгновения оказалось достаточно. Ирессо среагировал мгновенно и без колебаний. Резким движением он выбил бластер из рук Кри, тот отлетел в сторону, скользнув по полу. В следующий момент кулак лейтенанта врезался в лицо солдата.
Кри рухнул на колени, дезориентированный, тяжело дыша. Ирессо шагнул вперёд, нависая над ним, и его голос стал жёстким, без намёка на прежнюю усталость:
— Меньше слов, больше дела, Рядовой. Не стоит делать два дела одновременно, понял?
Он перевёл взгляд на Диармайда, и теперь в нём читалось не только напряжение, но и готовность подчиниться решению:
— Джедай, ты нами командуешь — решай, что делать с ним.
Короткая пауза.
— Правда, я в запасе имею особое наказание для солдат, которые переступают черту.
Вокруг них бой уже практически стих — последние пираты были либо уничтожены, либо прижаты к укрытиям. Но напряжение в бункере никуда не делось. Теперь оно сменило форму.

Ирессо выдержал короткую паузу, словно окончательно взвешивая решение, а затем кивнул сам себе и посмотрел на Кри уже без злости — но с той твёрдостью, которая не оставляла места для споров.
— Поздравляю тебя, Кри. Будешь сбивать лед с антенн коммуникационной башни целую неделю.
Кри поднял голову, всё ещё дезориентированный после удара, и быстро закивал, явно не ожидав такого исхода:
— Д-да, да, сэр.
Он даже не пытался спорить. Возможно, потому что понимал — всё могло закончиться куда хуже. Но напряжение в отряде никуда не исчезло.
Рядовой Фелч, стоявший чуть в стороне, сжал оружие крепче и шагнул вперёд, его голос прозвучал громче, чем следовало:
— Но Кри прав! Вэлона невозможно остановить! На это никто не способен!
Несколько солдат переглянулись. Кто-то отвёл взгляд, кто-то наоборот — кивнул, пусть и неуверенно. Это уже не было бунтом, но было чем-то опасно близким к нему.
Ирессо резко повернул голову в сторону Фелча, но не перебил. Теперь все взгляды снова обратились к Диармайду. Не как к командиру по званию. А как к тому, кто уже сталкивался с Вэлоном… и вернулся.

Ирессо внимательно выслушал объяснение, его взгляд постепенно менялся — от напряжённого и настороженного к более сосредоточенному, будто наконец складывалась картина, которой так не хватало всё это время.
Он коротко усмехнулся, но без насмешки — скорее с облегчением, пусть и осторожным:
— Значит... Секрет Вэлона в его секретной броне? Ха. Прикольно...
Он провёл рукой по затылку, затем оглянулся на своих людей. В их глазах всё ещё оставалась тревога, но теперь к ней примешивалось нечто новое — понимание. А с пониманием всегда приходит шанс на контроль.
Ирессо снова посмотрел на Диармайда:
— Знаешь, мы получали информацию о скрытой лаборатории Империи неподалеку.
Он сделал шаг ближе, понижая голос, будто не хотел, чтобы все вокруг сразу подхватили новую надежду раньше времени:
— Если Империя изучала эти доспехи, может быть, мы сможем добыть больше информации о ней там.
Тэран сразу оживился, словно только этого и ждал:
— Если там остались записи или протоколы испытаний, мы сможем понять пределы этой системы. Или хотя бы найти способ её отключить.
Зенит скрестил руки, оценивая перспективу более приземлённо:
— Или нас там будет ждать ещё один отряд спецназа.
Кайзен тихо оскалился:
— Тогда охота станет интереснее.
Ирессо кивнул, принимая все варианты сразу:
— В любом случае, это наш лучший шанс.
Он перевёл взгляд на Диармайда, уже не как на гостя или союзника, а как на того, кто ведёт их дальше:
— Как скажешь, Барсен’тор. Даём людям передышку… и двигаемся?

Ирессо кивнул, принимая сомнения Диармайда без раздражения — скорее как ожидаемую реакцию. Он провёл рукой по столу с разложенной схемой местности и указал на несколько отмеченных позиций.
— Да, мы проводили разведку. Её охраняет стража, зарывшаяся в окопах по всему периметру.
Он постучал пальцем по карте, где были отмечены огневые точки:
— Бить в лоб будет самоубийством.
Лейтенант на мгновение замолчал, затем продолжил уже более уверенно, словно заранее продумал варианты:
— Но мы сможем справиться с внешней охраной, пока ты проскочишь внутрь.
Он перевёл взгляд на Диармайда, давая понять, что это не единственный путь.
— Или... мы можем выманить их оттуда, пока они не потеряются в снегах. Рискованно, но менее рискованно, чем идти в лобовую.
Короткая пауза.
— Выбирай, Барсен'тор.
Зенит чуть склонил голову:
— Выманить — значит дать им цель. Вопрос только, кто станет этой целью.
Кайзен тихо усмехнулся:
— Приманка всегда нужна.
Тэран задумчиво посмотрел на карту:
— Или достаточно создать иллюзию угрозы, чтобы они сами вышли.
Все взгляды снова сошлись на Диармайде. Теперь решение было не просто тактическим. А определяющим, кто рискнёт собой… и как именно.

Ирессо коротко кивнул, и в этот раз в его голосе впервые за долгое время прозвучало не напряжение, а почти удовлетворение от чёткого и разумного плана:
— Минимальные потери и нас не заметят. Идеально.
Он бросил взгляд на своих людей, которые уже начинали постепенно расслабляться после боя — кто-то проверял оружие, кто-то садился прямо у стен, опуская плечи, будто только сейчас позволяя себе почувствовать усталость.
— Отдыхайте, — добавил он уже громче, обращаясь ко всем. — У нас впереди ещё работа.
Зенит молча устроился у стены, не снимая с себя винтовки, но прикрыв глаза — привычка человека, который отдыхает даже в полной готовности.
Тэран устроился неподалёку, продолжая что-то тихо просматривать на датападе, но его движения замедлялись — усталость брала своё.
Кайзен сначала постоял, словно не понимая самой идеи отдыха, затем всё же присел, прислонившись к стене, его взгляд оставался настороженным, но дыхание постепенно выровнялось.
В бункере стало тише. Гул оборудования, редкие переговоры, звук ветра, пробивающегося сквозь вентиляцию — всё это слилось в однообразный фон.
И впервые за долгое время у них появилась пауза. Не победа. Но передышка перед следующим шагом.

Ирессо уже был на ногах, когда Диармайд подошёл к нему. Он проверял снаряжение своих солдат, коротко переговаривался с каждым, и в его движениях чувствовалась собранность — усталость никуда не делась, но теперь она была подчинена задаче.
Выслушав Барсен’тора, он кивнул без колебаний:
— Хорошо. Мы берем стражу на себя, ты проникаешь внутрь и начинаешь поиски. Мы найдем тебя, когда все будет чисто.
Он обвёл взглядом своих людей, задержавшись на каждом, будто проверяя, готовы ли они не только физически, но и морально. Затем его голос стал громче, уверенным, почти воодушевляющим:
— Ребята, собираемся! Мы ударим по Вэлону и Империи в этот раз!
Солдаты начали подниматься, кто-то сдержанно кивнул, кто-то проверил оружие ещё раз, но главное — в их действиях уже не было прежней растерянности. Слова о броне и слабости Вэлона сделали своё дело.
Зенит коротко взглянул на Диармайда:
— Значит, снова в тень.
Тэран поправил датапад, уже сосредоточенный на предстоящей задаче:
— Если внутри есть хоть что-то полезное — я это найду.
Кайзен, натягивая перчатки, тихо прорычал:
— Охота продолжается.
Через несколько минут отряд уже двигался наружу.
Холод снова встретил их без всякого гостеприимства, но теперь он ощущался иначе — как привычное препятствие, а не угроза. Вдали, за снежными грядами, скрывалась имперская лаборатория.
И если план сработает… Они войдут туда, когда охрана уже будет смотреть в другую сторону.

Вход в лабораторию оказался обманчиво тихим, но это спокойствие длилось недолго.
Как только отряд продвинулся внутрь, их встретил первый заслон имперской охраны. Узкий коридор быстро перешёл в широкий зал, где солдаты и офицеры уже занимали позиции, готовые к бою. Однако эффект неожиданности и слаженность действий сыграли свою роль — Зенит занял дальнюю позицию и начал методично снимать ключевые цели, Тэран держался рядом, прикрывая и отслеживая движение противника, а Диармайд с Кайзеном прорвались в ближний бой, быстро ломая строй.
Сопротивление было организованным, но недолгим.
Имперцы пытались перегруппироваться, отступить к лифту, но давление оказалось слишком сильным. Вскоре первый уровень был зачищен, и отряд без задержек спустился ниже.
На втором уровне всё выглядело иначе. Здесь уже не было плотной обороны — лишь отдельные патрули, разбросанные по лабораторным секциям. Их устраняли быстро и без лишнего шума, продвигаясь всё глубже в комплекс.
И чем дальше они шли, тем очевиднее становилось — здесь уже не пытались удержать позицию. Здесь пытались… что-то скрыть.
В центральной лаборатории их встретила картина разрушения. Консоли были выжжены, датапады — разбиты, оборудование — частично выведено из строя. Всё указывало на спешку и намеренное уничтожение данных.
Посреди этого хаоса стоял человек. Доктор Джурнак. Он обернулся на звук шагов, и на его лице появилась кривая, почти торжествующая улыбка, несмотря на очевидное положение.
— Ха! Да, ты. Слишком поздно!
Он развёл руками, указывая на разрушенные рабочие места вокруг:
— Слухи, что ты пришел за регенеративной броней, оправдались. Я уничтожил все свои записи! Ты ничего не узнаешь!
Тэран резко шагнул вперёд, явно не в восторге от увиденного:
— Уничтожить всё… это надо было постараться.
Зенит молча осматривал помещение, проверяя, не осталось ли угроз. Кайзен стоял чуть позади, внимательно наблюдая за Джурнаком, словно оценивая, стоит ли тот того, чтобы остаться в живых.
А сам учёный… выглядел слишком уверенным для человека, окружённого врагами.

Джурнак даже не дрогнул под словами Диармайда. Его спина выпрямилась, а в голосе зазвучала упрямая, почти фанатичная уверенность:
— Никогда! Я служу Империи!
В этот момент позади раздались шаги — тяжёлые, уверенные, уже знакомые. В лабораторию вошёл Ирессо вместе с отрядом Сил Коалиции. Солдаты быстро заняли позиции, проверяя помещение и остатки оборудования.
Ирессо коротко осмотрелся, затем перевёл взгляд на Диармайда:
— Все зачищено. Стража заблудилась, но двое моих парней тоже пропали. Мы ищем их.
Джурнак, словно только этого и ждал, резко вскинул руки вверх, переходя от упрямства к демонстративной защите своих прав:
— Я требую иммунитета! Согласно статье 1138 Устава Галактической Республики, вы не можете принуждать или навредить политическому заключенному!
В его голосе появилась спешка, но он старался держаться уверенно, будто цеплялся за последнюю формальность, которая могла его спасти.
Ирессо усмехнулся, чуть наклонив голову:
— Ага. Только вот Хот не входит в состав Республики, не так ли?
Солдаты переглянулись, кто-то тихо фыркнул, но никто не двинулся — все ждали решения. Джурнак всё ещё стоял с поднятыми руками, но теперь его уверенность дала трещину. Он явно понял, что его положение… далеко не такое безопасное, как ему хотелось бы.

Ирессо усмехнулся, скрестив руки на груди и бросив на Джурнака оценивающий взгляд, в котором читалась не столько жестокость, сколько усталость человека, у которого давно закончился запас терпения к подобным типам.
— Даже не знаю, Джедай. Может лучше подвесить его в пещере вампы и он заговорит...
Несколько солдат тихо переглянулись, кто-то хмыкнул, но в целом никто не выглядел так, будто это звучит как шутка.
Джурнак побледнел, его уверенность дала ещё одну заметную трещину. Он сделал полшага назад, руки всё ещё подняты, но уже не так уверенно:
— Но... вы не посмеете! Это блеф!
Его голос дрогнул, и теперь в нём звучала не юридическая выверенность, а откровенная попытка убедить в этом самого себя.
Тэран чуть приподнял бровь, наблюдая за происходящим:
— Интересный метод допроса… но, боюсь, малонаучный.
Зенит же лишь тихо добавил, не отрывая взгляда от Джурнака:
— Зато эффективный.
Кайзен едва заметно оскалился:
— Вампы любят тех, кто много говорит… и тех, кто не говорит тоже.
В комнате повисло напряжение. Джурнак всё ещё держался за свою позицию… но было видно, что она уже начала рушиться.